Поэтический Бежецк. Луговской Виктор Николаевич

Луговской Виктор Николаевич родился 9 марта 1936 года. Родители погибли во время Великой Отечественной войны, и он в 1942 году попал в детский дом.

Живописью занимался с детства. Первым его наставником был в детском доме художник Максимов В.И. После окончания школы В.Н.Луговской учился в педучилище им. Куйбышева, где работал в классе рисунка художник - график Селиванов А.В. В 1955 году был призван на флот. В 1956г. закончил учебный отряд Балтийского флота по специальности радиотелеграфиста и был направлен в Высшее Военно-Морское политическое училище г. Киева. После окончания служил на Балтийском и Северном флотах политработником. Офицер ВМФ. Дальнейшие знания в области живописи получил в период службы в Военно-Морском флоте, посещая филиал студии военных художников им.Грекова.

Особенно Луговской В.Н. увлекался пейзажной живописью и журналистикой. Писал стихи, рассказы. Публиковался в газете "Страж Балтики", журналах "Смена", "Юность" и периодических изданиях Подмосковья, Тверской области, г. «Бежецкая жизнь». Его стихи вошли в сборник бежецких поэтов «Солнечная песня» (1996г.) и сборник творческих работ педагогов и учеников Гимназии №1 им. В.Я. Шишкова «Вдохновение» (2008г.).

С флота ушел по сокращению Вооруженных Сил СССР. Закончил факультет Калининского пединститута (ныне Университет). Работал в школах Москвы и Подмосковья учителем истории и немецкого языка, 22 года директором школ, более 10 лет - директором школы - интерната г.Бежецка, учителем истории и преподавателем изостудии в гимназии №1 им. В.Я.Шишкова.

Участвовал в выставках военных художников в Риге, в Лиепае, работы Луговского В.Н. выставлялись в Доме Художника г. Москва, в Твери, было более 10 персональных выставок в выставочном зале Бежецкой центральной библиотеки. Основной жанр - пейзаж. Картины Луговского В.Н. можно встретить в Бежецке, Твери, Москве, Санкт-Петербурге, Киеве, несколько работ за рубежом (всего их около 600).

Виктора Николаевича Луговского не стало 12 апреля 2012 года.

 

Край мой бежецкий

Мне видеть много довелось,
Я море знал и был средь гор,
Но полюбить их не пришлось,
Родней стал бежецкий простор.

Лесные дали, ширь полей,
Глаза озер и реки голубые,
Напевный говор волгарей
И песни звонкие России -

Они живут в душе моей,
И их ничем не заменить.
Нет края лучше и милей,
Чем тот, что смог их породить.

Цветущий лен голубезной
Меня и тешит, и ласкает,
Мологи берег крутизной
Невольный трепет вызывает.

Душа так сладостно замрет,
Когда навстречу солнцу звонко
Над полем трели разольет
Ручейный голос жаворонка.

Богат дарами край родной -
Грибов и ягод нет обора.
Попробуй, брат, найти такой!
Такого нет! Сдаюсь без спора!

Остречина

Меж холмов, спокойно, чинно
Катит воды Остречина.
В берега волнами бьется
И под солнышком смеется.
Хочешь силе удивиться,
Так попей ее водицы!
В ясный летний, жаркий день
Ивы прячут ее в тень.
Рядом с чистою водой
Стадо ляжет на покой.
На зеленых берегах
Соловьи поют в кустах.
Пусть течет еще века
Наша добрая река!

Осень

От Бежецка совсем недалека
Эта красавица река.
Зовут ее в народе "Осень"...
Всегда над нею неба просинь,
А у тенистых берегов,
В глубинах темных омутов,
И ранним утром, и в ночи
Бьют родниковые ключи.
Вода прозрачна и светла,
На перекатах словно из стекла,
В своем течении спокойна
И шириной своей достойна.
Здесь край заядлых рыбаков,
Азартных, странных чудаков.
Сюда их манит зорьки свет,
Какой нигде в России нет.
На отмелях земля вскипает -
Малька там окуни гоняют...
И дрогнет сердце рыбака
Перед тобой, моя река.


Бежецк - город талантов

В междуречье живет городок,
Чуть постарше российской столицы,
Хоть строениями он не высок,
Но историей вправе гордиться.
Крепко в землю он корни пустил,
И она его силой питала,
Для России таланты растил,
Чтобы слава ее расцветала.
Здесь Василий Андреев жил,
Знавший русской музыки сласть,
Мир искусством своим удивил,
Показал ее силу и власть.
Пел в театре Большом Иванов,
Его голос запомнился людям,
Описать его силу - нет слов,
Городок его наш не забудет.
И Ахматова, и Гумилев
Свою жизнь с городком связали,
Строки звучных, прекрасных стихов
Достоянием Бежецка стали.
Вячеслава Шишкова мы чтим
И гордимся его наслендием,
Как писатель, он всеми любим,
Имя жить его будет столетия.
График Родин стране всей известен,
И Костенко Иван знаменит.
Росписи Тыранова, как песню,
Петербург в двоцах своих хранит.
В Бежнцке все помнят Кузнецова,
Он оркестр струнный возрождал
И красоты края дорогого
На полотнах трепетно писал.
Всей России Чистяков известен -
Был великолепный портретист.
Самохвалов в творчестве чудесен -
Он отличный мастер - пейзажист.
Не одним искусством Бежецк славится -
Наши горожане любят труд.
И наш Бежецк людям очень нравится -
Городом талантов все его зовут. 

Дирижер

С. Кислухину,
наследнику В.В. Андреева

Он собран, сжат, скупы движенья.
Стоит у пульта, голову поднял.
Еще одно, последнее мгновенье -
И хлынут звуки в онеменье зал.

Басы рокочут, ритмы отмеряя,
Под дирижерский четкий жест
"Венгерский танец" льется, призывая
Сорваться с театральных мест.

А дирижер воистину царит на сцене,
Он дивным звукам чародей.
Они послушны мановенью
И даже вхмахам завитков кудрей.

Ах, композитор Монти, где ты?
Такой оркестр вряд ли ты слыхал,
Где струны так призывно пели
Мелодию, что сердцем ты писал.

 

Балалаечник

Лауреату Международного конкурса
юных музыкантов В. Горбацевичу

На сцене юный музыкант,
Но как берет он чисто звуки!
Какой у паренька талант!
А как владеют инструментом руки!

Звенит и плачет балалайка -
Певунья старины седой.
Ее бесхитростная байка
О чувствах девушки простой.

В певучих струнах боль разлуки
И сердца любящего стон.
Как отражает эти муки
Трехструнный нежный перезвон!

И музыкант под властью песни.
Он весь мелодией живет.
Мир звуков, дивный и чудесный,
В его душе, звеня, поет.


В День Победы. Диалог внука и деда.

Дед! Почему твоя медаль
Погнута, изувечена?
Тебе ее, похоже, жаль
Коль носишь искалеченной?

Ты, внучек, правильно заметил:
Медалью дорожу я этой,
И если б не было ее,
Не жил бы дед на свете!

Она ведь пулю приняла,
Что враг в меня послал.
Медаль тогда мне жизнь спасла.
Теперь-то ты все понял?

Внук восхищенно смотрит на медаль,
На ней и надпись «За отвагу» есть:
Да! Не пробила вражья сталь
Медали русской честь!

Герою Советского Союза
Г.Гаджиеву

Идут в атаку катера,
Врезаясь в грозных волн накат.
В рассветной дымке раннего утра
Натужно дизеля гремят.
Идет немецкий караван,
И дымзавеса, как туман,
Его порядок укрывает.
Гаджиев катера ведет,
И курс удара намечает:
Еще полрумба, еще чуть-чуть,
Лети торпеда! В добрый путь!
Она фрегату борт разворотила,
А море жертву поглотило.
Торпедный залп – и транспорта не стало,
А катера все пишут водный слалом,
Уйти врагу не удается:
Гаджиев мастерски дерется.

* * *
Я войну испытал,
Знаю горечь утрат,
Видел кровь и пожары,
И убитых солдат.

Мой приют – детский дом
Был итогом войны,
Без отцов, матерей,
Жили в нем пацаны.

Голод, тиф и печаль
О семейном тепле.
Жизнь была нелегка
На военной земле.

Боже! Мир сохрани!
Запрети воевать!
Войны все прокляни!
Хватит миру страдать!

* * * 
Памяти павшего в Афганистане
ст. лейтенанта В. Бурова

Его портрет в печальной раме
Висит в простенке у окна.
Он не вернется больше к маме,
Его навек взяла война.
Он был защитником свободы
Страны кровоточащих ран –
Так называли в эти годы
Известный всем Афганистан.
Свой взвод он поднял по тревоге,
Повел меж опаленных скал,
Куда взбирался серпантин дороги
На безымянный перевал.
Там банда в кишлаке вершила
Бесчеловечную расправу,
Там пуля детство не щадила,
Там издевались для забавы.
Стонали скалы в грохоте разрывов,
Взахлеб стучал душманский пулемет…
Кишлак тот грудью закрывая,
Пошел в атаку дружно взвод.
Свистел свинец, впиваясь в плоть и камни,
Но взвод упрямо шел вперед,
Как будто ощущали парни,
Что за спиной у них – народ.
Туман сгустился…Знобко, сыро…
Идет на базу поредевший взвод,
И тело лейтенанта-командира
Поочередно он несет.
А завтра в ночь с аэродрома
В печальный рейс уйдет «Тюльпан».
Еще одна семья осиротеет
Ради тебя, Афганистан.

* * *
Вере Волошиной, подруге
Зои Космодемьянской посвящается

Майора Спрогиса отряд
Разведкой под Москвою занимался.
Архивы скупо говорят,
Кто из разведчиков живым остался.

Морозной ночью у деревни Головково
Дозор фашистов группу обстрелял,
Среди убитых раненую Веру
Солдат немецкий отыскал.

Пытали Веру изощренно.
Она своих не предала
И боль терпела отрешенно
По-комсомольски, как могла.

Ее, как и подругу Зою,
Фашист повесил средь села.
Их смерть для нас так много стоит:
Она к Победе Родину вела.


Свадьба

Кружится в вальсе свадебном невеста,
Как лебедь белая плывет...
Пошире круг! Побольше места!
Ведь танец этот как полет!
Друзья восторга не скрывают:
Как хороша! Какая стать!
И слезы умиленья вытирает
Ее седая старенькая мать.
В душе ее тревога и смятенье:
Какой дочурке предначертан путь?
Судьба! Шепни успокоенье,
Хоть намекни ей как-нибудь!
...А свадьба пляшетрадостно и звонко
Теперь задорный русский перепляс.
Девичий голос взлетает тонко:
- Пляши, невеста! Твой сегодня час!
И позабыв про все на белом свете
Невеста пляшет и поет -
Ей равных нет на всей большой планете:
Ее сегодня счастье бережет!
 

* * *

Как-то зимним вечером
В отсвете небес
Я увидел рядышком
Синий, синий лес!
Покрывало снежное
Холодом дохнуло
И красою синею
Душу всколыхнуло.
Словно очарованный,
Я на лес смотрел
И навеки красками
Вид запечатлел.